«Суверенный ИИ: сколько независимости нужно заказчику». Сессия «Ъ» в рамках форума «Цифровые решения»
26 июля 2026 года в России был принят закон о поддержке развития технологий искусственного интеллекта. Он вступил в силу 1 сентября, однако положения, которые вводят понятия суверенной и национальной больших фундаментальных моделей, начнут действовать с 1 марта 2027 года. С этой же даты правительство сможет определять сферы, где допускается использование только суверенных или национальных моделей.
Суверенная модель должна разрабатываться российской компанией, которая контролирует весь цикл ее создания и обучения, а обработка запросов и хранение данных должны происходить в российских ЦОДах. Для национальных моделей допускается использование зарубежных компонентов с открытой лицензией. Конкретные правила еще формируются. В сентябре стало известно, что правительство обсуждает перечень сфер, где российские модели могут стать обязательными: от КИИ и госуправления до образования и здравоохранения. Один из обсуждаемых подходов предполагает выбирать суверенную модель вместо национальной, если она дороже не более чем в полтора раза. Пока это не окончательное решение.
Одновременно бизнес все активнее использует зарубежные открытые модели. В 2026 году российские облачные платформы фиксируют кратный рост спроса на Qwen, DeepSeek, Kimi и другие китайские LLM: компании привлекают их цена, качество и возможность развернуть модель в российском облаке или закрытом корпоративном контуре. В результате вопрос для заказчика уже не сводится к выбору между российским и зарубежным ИИ, а к тому, какие элементы системы действительно должны быть независимыми, где суверенность снижает риски, а где дополнительные ограничения уже начинают сужать выбор технологий.
Программа
-
-
Деловая сессия
Вопросы к обсуждению:
- Где проходит граница между суверенной и просто локализованной ИИ-системой? От каких рисков на практике должна защищать суверенность?
- Сколько сегодня стоит создать собственную ИИ-модель и когда это имеет смысл для компании?
- Насколько суверенным можно считать решение, которое работает на зарубежных ускорителях, библиотеках или других критичных компонентах?
- Нужен ли компании одинаковый уровень суверенности ИИ для всех задач?
- Насколько независим заказчик, который использует открытую иностранную модель внутри своего контура? Что произойдет, если разработчик изменит лицензию, прекратит обновления или доступ к следующим версиям модели окажется ограничен?
- Иностранную модель можно развернуть в собственном контуре и полностью контролировать ее работу, тогда как российская модель может оставаться закрытым продуктом поставщика — какой из этих вариантов на практике дает заказчику больше технологической независимости?
- Российское происхождение модели само по себе не защищает от уязвимостей, атак на модель и проблем в цепочке поставок. Какие требования по кибербезопасности должны идти рядом с требованиями по суверенности?
- Может ли жесткая привязка закупок к статусу модели законсервировать рынок? Как сохранить возможность переходить на более сильные технологии, если они появляются быстрее, чем меняются требования и реестры?
- Успеет ли регулирование за скоростью развития ИИ? Как сделать так, чтобы требования к суверенности не ограничивали доступ заказчиков к более сильным технологиям?
заместитель руководителя делового блока «Коммерсантъ»
заместитель генерального директора РЖД
старший управляющий директор Московской биржи по розничному бизнесу и развитию электронных платформ
вице-президент по развитию бизнеса в России и странах СНГ, «Лаборатория Касперского»
директор центра технологического бизнеса, Сбер
генеральный директор VisionLabs
