Долгосрочные инвестиции: классика vs блокчейн

Об ответственности перед инвесторами, которые покупают акции компании, говорил на мероприятии и директор по взаимодействию с органами государственной власти и корпоративному управлению HeadHunter Дмитрий Маркелов. В 2024 году компания HeadHunter окончательно «переехала» из иностранных юрисдикций в Россию, и за прошедший год количество акционеров выросло с 70 тыс. до 250 тыс. человек. «Безусловно, нам важно, чтобы наша бумага оставалась у инвестора как можно дольше. Мы имеем опыт взаимодействия с западными инвесторами, которые в основном представлены институционалами, а они играют вдолгую. Чтобы удержать инвестора, мы стараемся привнести самые лучшие практики по раскрытию информации, прозрачности бизнеса, корпоративному управлению в нашу новую ипостась российской публичной технологической компании, и это тоже дает свои, скажем так, дивиденды»,— рассказал господин Маркелов.

Дивидендная политика — наиболее чувствительный вопрос для тех, кто инвестирует в акции. «У нас есть определенная подборка топ-10 компаний, которая ежемесячно динамически обновляется. В ней известные компании — некий микс между компаниями индустриального сектора и технологического. Нам бы хотелось, чтобы те компании, которые в дивидендной политике щедры по отношению к акционерам, следовали этому и в дальнейшем. Но надо понимать, что это вопрос, который каждая компания решает отдельно»,— отметил Евгений Береснев.

Сегодня построение репутации для публичных компаний имеет очень большое значение, ведь именно они формируют задел спроса на будущие IPO. От того, насколько розничные акционеры будут удовлетворены стратегией и тактикой топ-менеджмента этих компаний, зависит будущий спрос на новые размещения в России, считают эксперты.

В настоящее время после первой волны IPO в 2023–2024 годах на российском рынке наступило временное затишье. Многие компании из разных отраслей, уже заявлявшие о планах выйти на публичный рынок, сейчас «занимают выжидательную позицию», рассказал Владимир Крекотень.

Всего, по оценке Мосбиржи, сегодня в России порядка 500 компаний потенциально могут стать публичными, то есть имеют понятную бизнес-модель, прозрачное управление и соответствующие показатели.

При этом клиентам уровня Private Banking с капиталом от 50 млн руб. интересно участие не только в IPO, но и в pre-IPO, которое позволяет «войти в бумагу на ранних стадиях», отметил Владимир Крекотень. «Это тоже интересно, ведь если хочешь “иксовую” доходность, нужно купить бумагу с большим риском на раннем сроке. Потом компания вырастет, и ты докупишь ее на IPO, а через десять лет продашь, а может, оставишь детям — это будет хорошая инвестиция»,— пояснил господин Крекотень. Впрочем, Евгений Береснев напомнил о том, что IPO — это повышенный риск, приведя цитату легендарного Уоррена Баффетта: «IPO чаще всего расшифровывается как it’s probably overpriced».

Риск под контролем.

Впрочем, далеко не все состоятельные клиенты ждут оживления рынка IPO, как и эмитенты. Многие эмитенты среди крупнейших игроков рынка пока не рассматривают формат IPO. Им интереснее возможности облигационного рынка, где направления для инвестирования становятся разнообразнее, в частности постепенно восполняется дефицит валютных инструментов.

О том, какие продукты сегодня актуальны, рассказал член правления—исполнительный директор СИБУРа Александр Петров, поделившись опытом недавнего размещения пятилетних облигаций в долларах на сумму $400 млн. «Нефтехимия — довольно капиталоемкая отрасль»,— отметил он, уточнив, что средний цикл реализации инвестиционных проектов составляет пять лет. «То есть мы предпочитаем длинные деньги и рассчитываем на долгосрочных инвесторов, которые понимают ценность таких вложений. Сегодня накопленные инвестиции СИБУРа — то, что называется “незавершенное капитальное строительство”,— фактически больше, чем долг,— более $10 млрд. Мы будем запускать эти мощности в течение следующих двух-трех лет. И в этом, наверное, наша отдельная задача и сложность в потенциальной работе с рынками»,— рассказал эксперт.

Когда инвесторы понимают специфику работы эмитента, это обеспечивает адекватный спрос на бумагу. «Мы готовы дать хорошую доходность на горизонте пяти, семи или десяти лет, в том числе по валютным инструментам, потому что у нас более 70% выручки приходится на внутренний рынок, а 30% — на экспорт. При этом мы поставляем свою продукцию во все ключевые отрасли российской экономики. Эта диверсификация позволяет нам говорить о стабильном заработке, а значит, возможности действительно обеспечить долгосрочную стабильную доходность»,— заявил господин Петров.

Не только классика.

Дискуссии об инвестициях сегодня невозможны без обсуждения рынка цифровых финансовых активов, который стремительно развивается. По мнению руководителя дирекции ЦФА ВТБ Сергея Рябова, не стоит противопоставлять классические инвестиционные продукты и инструменты на базе блокчейна — они скорее дополняют друг друга, а не конкурируют. «Мы стараемся сделать так, чтобы технология блокчейн сама по себе для инвесторов была абсолютно незаметна, как бы “под капотом”. И инвесторы, и эмитенты взаимодействуют в привычных интерфейсах в традиционном приложении, куда просто заходят и покупают новый вид активов»,— отметил он. Важное преимущество — безопасность. «Блокчейн — это распределенное хранение транcакций. Соответственно, эти транcакции хранятся таким образом, что, даже если несколько узлов или почти все узлы будут уничтожены, трансакции клиента все равно сохранятся»,— пояснил господин Рябов. При этом токенизировать можно абсолютно любой актив, и спрос на него может быть абсолютно неожиданным. В частности, ВТБ в прошлом году запускал такой продукт — цифровые квадратные метры, и одним из самых активных регионов в топ-3 был Владивосток. «Мы токенизировали жилой комплекс в центре Москве, а интерес увидели из регионов»,— отметил господин Рябов. И это та модель, которая действительно интересна на рынке недвижимости, «когда ты можешь не просто инвестировать в компанию, а инвестировать в конкретный реальный объект», считает он.

Сейчас идет обсуждение с регулятором того, как сделать такие активы доступными не только квалифицированным инвесторам.

«Мы активно ведем диалог с Банком России, чтобы вывести новый вид инструментов, который поможет всем видам инвесторов вкладываться в товары народного потребления и таким образом расширять свой инвестиционный портфель»,— рассказал Сергей Рябов.

И именно для таких крупных компаний, как СИБУР, это возможность привлекать средства в конкретный проект, то есть конкретное производство, продолжает он. «И это как раз позволяет инвестору испытывать эмоции оттого, что он не инвестирует безлико в какой-то общий пул финансов огромной компании. Он инвестирует в конкретный дом, в конкретный мост, в конкретный завод»,— подытожил эксперт. «ЦФА — это действительно очень интересный и востребованный инструмент, которого, по сути, нет у зарубежных инвесторов, но они им уже интересуются,— рассказала профессор МГИМО Элина Сидоренко.— Но, обсуждая ЦФА, необходимо помнить, что закон был принят всего лишь пять лет назад. Это “пятилетний ребенок”, от которого не нужно требовать взрослой сознательности и стабильности 25-летнего человека, ведь сам рынок ценных бумаг развивался более 100 лет». По ее словам, ключевой драйвер рынка ЦФА сегодня — это так называемые внутрикорпоративные расчеты. «С этого все начиналось и на этом продолжает расти,— уточнила госпожа Сидоренко.— Например, есть холдинг, внутри которого нужно перекинуть средства с материнской структуры на “дочку”, и самый простой способ это сделать — ЦФА. Это легко и удобно для бухгалтера, а ЦБ скажет вам большое спасибо за то, что компания развивает цифровые активы. И это хорошая тема для новых игроков — заходить на этот рынок и осваивать его».

Таким образом, на рынке сегодня присутствуют активы как для консервативных инвесторов, так и для любителей инноваций. С точки зрения доходности сейчас многое зависит от динамики ключевой ставки. Заданный летом и поддержанный на сентябрьском заседании ЦБ тренд нацеливает на дальнейшее ее снижение, а вместе с тем и на более активный выход эмитентов на долговой и фондовый рынок. Это означает, что расширятся возможности для инвестирования — как в консервативные, так и в рискованные активы. При этом поддержку рынку будут оказывать средства, приходящие из банковских вкладов. И при их размещении всегда можно рассчитывать на помощь со стороны ведущих участников рынка.