«Суверенный ИИ: сколько независимости нужно заказчику». Сессия «Ъ» в рамках форума «Цифровые решения»

8 октября в национальном центре «Россия» в Москве в третий день форума «Цифровые решения» состоялась сессия «Ъ», посвященная теме «Суверенный ИИ: сколько независимости нужно заказчику». Модератором сессии выступила Екатерина Кинякина, заместитель руководителя делового блока «Коммерсантъ». Где проходит граница между суверенной и просто локализованной ИИ-системой? От каких рисков на практике должна защищать суверенность? Нужен ли компании одинаковый уровень суверенности ИИ для всех задач? Успеет ли регулирование за скоростью развития ИИ? Как сделать так, чтобы требования к суверенности не ограничивали доступ заказчиков к более сильным технологиям? Эти и другие вопросы стали предметом дискуссии.

Директор по развитию технологий искусственного интеллекта в компании «Яндекс» Александр Крайнов в начале выступления заявил, что сегодня можно вообще не использовать суверенные модели — и, может быть, негативных последствий не будет, если предположить, что зарубежные модели останутся доступными. Но есть нюанс: ведущие американские модели закрыты, появляется государственное регулирование вроде истории с Claude, где передовую модель разрешили использовать только гражданам США,— и вполне может оказаться, что через несколько лет доступ к моделям будет по паспорту, считает эксперт. Он не делает ставку на то, что китайские open-source модели всегда останутся открытыми: если китайцы обгонят или сравняются с США, передовые модели с высокой вероятностью перестанут быть открытыми. Поэтому нужен «план Б» — свои модели на случай, если не будет доступа к лучшим. По мнению господина Крайнова, нужно соблюдать баланс между недискриминационным доступом к лучшим мировым технологиям и поддержкой суверенного. Спикер выступил против того, чтобы бизнес обязывали использовать суверенные модели. По его словам, бизнес никому ничем не обязан, кроме инвесторов и налогов, и правильная стратегия — выбирать лучшее решение и избегать вендор-лока (привязки к поставщику). Господин Крайнов рассказал, что «Яндекс» выкладывает свои суверенные модели в open-source и зарабатывает не на моделях, а на обвязке и облаках. Он пояснил, что создание своих моделей — не очень прибыльный бизнес, экономически выгоднее было бы своего не делать, но «Яндекс» всегда в это вкладывался и планирует продолжать.

Старший управляющий директор, директор центра технологического бизнеса Сбербанка Андрей Кутуков в своем выступлении отметил, что разработка собственных суверенных моделей — необходимое условие технологической независимости страны. Это позволяет сохранять и растить компетенции внутри России, самостоятельно создавать ключевые технологии и обеспечивать их дальнейшее развитие. При этом мы не должны закрываться от мирового опыта: открытые зарубежные модели важно использовать для тестирования, сравнения результатов и совершенствования собственных решений. Технологический суверенитет — это не только наличие собственных технологий, но и их соответствие национальным ценностям, а также гарантии защиты данных. Особенно высокие требования к этим аспектам закономерны для критической информационной инфраструктуры и стратегически значимых отраслей. Для бизнеса выбор отечественных моделей — это также вопрос устойчивости: предсказуемости поддержки и обновлений, непрерывности работы и управляемости технологических решений. Чтобы российский рынок ИИ развивался, важно обеспечить равные условия конкуренции, сбалансированное регулирование и открытый диалог между государством и отраслью.

Старший управляющий директор Московской биржи по розничному бизнесу и развитию электронных платформ Игорь Алутин в своем выступлении разделил операционную и технологическую независимость: скачать open-source модель и развернуть ее on-prem можно уже сейчас, но независимость заканчивается там, где прекращаются обновления,— через полгода-год можно оказаться в технологическом тупике. По его словам, Мосбиржа как центральный инфраструктурный игрок не может позволить себе бездумно покупать доступ к внешним моделям, как это делают стартапы, так как стоимость ошибки колоссальна. Поэтому биржа делит системы на mission-critical и не mission-critical: снаружи допустимо использовать внешние модели, внутри — только суверенные, прозрачные и контролируемые. По словам эксперта, отечественные модели хорошо справляются с рутинными задачами, а отставание в 4–8 месяцев для большинства пользователей незаметно. Господин Алутин считает, что нужно определить грань регулирования между крупными игроками и малым финтехом, а диалог с государством и Банком России сделать максимально открытый. Как и господин Крайнов, Игорь Алутин считает, что следующим дефицитом после чипов станет электроэнергия, но у России с сетями и электричеством, отметил он, ситуация неплохая.

Вице-президент «Лаборатории Касперского» по развитию бизнеса в России и странах СНГ Анна Кулашова предложила оценивать не просто стоимость модели, а совокупную стоимость владения (TCO, Total Cost of Ownership): обвязка, меры безопасности, средства верификации. Сравнивать нужно не только цену доступа, но и все сопутствующие расходы, пояснила она. Вторая ключевая метрика, по ее словам, скорость вывода на рынок: если компании сочетают TCO и скорость, у них есть шанс опережать конкурентов. Эксперт также обратила внимание на человеческий фактор. «У нас очень творческие люди»,— говорит она, и когда их загоняют в локальные модели и инференсы, всегда возникает соблазн обойти ограничения: «Пойду скормлю данные на свой аккаунт со своими токенами». Это классическая проблема информационной безопасности, где человек становится тонким уязвимым звеном, и здесь ничего не меняется — нужно обучать людей и напоминать им о функциональной безопасности, отметила госпожа Кулашова. Отдельно она высказалась о репутации западных вендоров: после ухода из России западные платформы понесли репутационный ущерб. По ее наблюдениям, заказчики на Ближнем Востоке и в Юго-Восточной Азии начинают диверсифицировать решения, и сейчас все активнее приглашают российских вендоров.

Генеральный директор VisionLabs Дмитрий Марков предложил смотреть на ситуацию со стороны клиента. По его словам, бизнес никому ничем не обязан, кроме инвесторов (быть прибыльным) и государства (платить налоги). Задача генерального директора, отметил он, чтобы компания выжила, особенно при высокой ставке. При этом он согласен, что есть предприятия, которые в силу закона и риск-ориентированного подхода должны, не задумываясь, использовать суверенные модели,— это важно для страны. Но есть и малые компании, которые «перебиваются с хлеба на воду», и для них токен-экономика критична — здесь очень важно не пережать, отметил спикер. Он также обратил внимание, что технологии стали геополитическим оружием, и Россия никогда не бросала своих клиентов за рубежом — это ценят. Господин Марков выразил сожаление в связи с тем, что на сегодняшний день есть только две национальные модели. По его словам, для конкуренции их должно быть три-четыре. «Если ты получаешь продукт бесплатно — ты и есть продукт»,— и на моделях заработать крайне сложно, надо делать законченные продукты, резюмировал эксперт.

26 июля 2026 года в России был принят закон о поддержке развития технологий искусственного интеллекта. Он вступил в силу 1 сентября, однако положения, которые вводят понятия суверенной и национальной больших фундаментальных моделей, начнут действовать с 1 марта 2027 года. С этой же даты правительство сможет определять сферы, где допускается использование только суверенных или национальных моделей.

Суверенная модель должна разрабатываться российской компанией, которая контролирует весь цикл ее создания и обучения, а обработка запросов и хранение данных должны происходить в российских ЦОДах. Для национальных моделей допускается использование зарубежных компонентов с открытой лицензией. Конкретные правила еще формируются. В сентябре стало известно, что правительство обсуждает перечень сфер, где российские модели могут стать обязательными: от КИИ и госуправления до образования и здравоохранения. Один из обсуждаемых подходов предполагает выбирать суверенную модель вместо национальной, если она дороже не более чем в полтора раза. Пока это не окончательное решение.

Одновременно бизнес все активнее использует зарубежные открытые модели. В 2026 году российские облачные платформы фиксируют кратный рост спроса на Qwen, DeepSeek, Kimi и другие китайские LLM: компании привлекают их цена, качество и возможность развернуть модель в российском облаке или закрытом корпоративном контуре. В результате вопрос для заказчика уже не сводится к выбору между российским и зарубежным ИИ, а к тому, какие элементы системы действительно должны быть независимыми, где суверенность снижает риски, а где дополнительные ограничения уже начинают сужать выбор технологий.